Не. Бойтесь. Любить. 7

Еще в этот период исполнялись все мои желания, стоило мне что-то загадать. Например, новая сумочка. Ииии опа, я покупаю ее в переходе, а ведь до этого десятки лет ходила с рюкзаком или с сумкой на ремне через плечо.

Я мечтала рисовать, мне подарили краски и обучающую рисованью книгу. Хотела играть в настольный теннис, мне преподнесли ракетки. Я планировала встретиться со старым другом, инностранцем, но ему пришлось изменить маршрут, и вместо России он отправился в Латвию. Вуаля, и я оказываюсь в Риге просто, чтобы пару раз попить кофе с дорогим сердцу человеком.

Апофеозом этих исполнений стал момент, когда я обмолвилась, что хочу простое серебряное колечком с камушком, на средний палец. И вот я прихожу домой, беру стакан воды правой рукой и замечаю удивленные, даже, ошеломленные глаза моей соседки. Она просто увидела на моем пальце кольцо, а я ведь только вчера-позавчера о нем заикнулась. Его мне подарила приятельница, которая тоже услышала о моем желании. Но в глазах соседки это выглядело, как волшебство. Я начала задумываться о том, что мы даже не догадываемся о своих сверхъестественных способностях.

В мае той весны я поехала во Францию в тот самый монастырь. Тогда я и пошла на гору к церкви с витражами. О том, что случилось по дороге туда, вы уже знаете. Это стало самым главным плодом тех отношений. Ну, если не считать маленькой засушенной ромашки, которую мне подарил итальянец. Это был первый цветок в моей жизни, подаренный мужчиной.

Как только Матфей принял решение покинуть монастырь и приехать ко мне (чтобы, как минимум, наконец встретиться в статусе двух свободных людей) стало не легче, а тяжелее. Потому что теперь оставалось только ждать. Он не мог уехать сразу, нужно было повременить пару месяцев. А каково это ждать человека, в которого вы влюблены! Даже воспоминания о дружеских объятиях, единственное, что мы себе позволяли, приводили меня в трепет. Однажды он при рукопожатии большим пальцем погладил тыльную сторону моей ладони. У меня каждая клетка внутри взорвалась фейерверком.

И вот, в течение двух месяцев мне приходилось сдерживать эти хлопушки, петарды и бенгальские огни внутри. Вы знаете, что будет, если не давать петарде взорваться, зажимая ее в кулаке. Очень больно.

Я буквально считала дни до нашей встречи. Потом уже и часы. И это не шутка. На лето Матфея отправили в “филиал” монастыря, небольшую общину, состоящую из нескольких братьев в Африке. Он слал мне экзотические фотографии, рассказывал об ужасных условиях жизни местных детей и периодически спрашивал, чем я буду его кормить, когда он, наконец, приедет ко мне в Россию. Среди прочих развлечений, которыми я пыталась себя занять (впервые российское лето казалось мне невероятно длинным) была кулинария, а точнее, процесс приготовления борща.

Наконец, пришел день, когда Матфей должен был возвращаться из Африки домой в Италию. Неужели мы созвонимся с ним по скайпу, неужели увидим друг друга, неужели обсудим конкретные детали его визита в Россию?! “Восемь часов на перелет из Африки в Европу, – считала я. – Еще пять часов на пересадку. Еще полтора часа, и он в Италии. Потом дорога домой из аэропорта… Ну даже если он решил лечь спать, прежде, чем звонить”… Уже прошли все сроки. “Вот-вот напишет”, – успокаивала я себя. У меня был планшет, на котором, когда приходило электронное письмо, начинал маячить белый огонек. Этот огонек я ждала тогда, как волхвы когда-то столетиями ждали Вифлеемскую звезду.

Просмотров: 143

3+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *